Россия вводит новую систему для ввоза товаров из ЕАЭС. Эксперты считают, что это похоже на нетарифные барьеры

Нет кода — путь закрыт

Правительство России намерено ввести новое правило для своих импортеров. С 1 июня, как заявили в Москве, будет действовать так называемая система СПОТ.

Если сейчас товар в Россию сначала завозят, а затем платят налог на добавленную стоимость, то с нововведением всё будет наоборот. За два дня до ввоза импортер будет обязан оформить документ подтверждения поставки и внести так называемый обеспечительный платеж — по сути, сделать предоплату НДС. После этого импортеру выдадут QR-код на груз, который станет пропуском через границу. Нет кода — нет въезда.

«Это позволяет видеть легальность происхождения товаров, видеть уплату таможенных и налоговых платежей ввезенных товаров. Для наших граждан это, прежде всего, безопасность тех импортных товаров, которые ввозятся из других стран, прежде всего, через границы евразийского экономического сотрудничества», — заявил Дмитрий Григоренко, зампредседателя правительства России.

В российском правительстве уверяют: СПОТ направлен прежде всего на борьбу с теневым импортом товаров. Фактически же получается, что контроль переносится на этап до пересечения границы и выглядит как возврат к пограничному контролю, пусть и в цифровой форме.

Москва установила перечень исключений. СПОТ не будет распространяться, в частности, на валюту, ценные бумаги, нефть и нефтепродукты, электроэнергию.

«Это можно квалифицировать как нетарифные барьеры»

Экспортеры Кыргызстана уже изучают, как их коснется нововведение. В рамках Евразийского экономического союза Россия для Кыргызстана — ключевой рынок сбыта, особенно текстиля и сельхозпродукции. В министерстве экономики утверждают, что СПОТ никак не повлияет на объемы поставок.

«Расходы экспортеров не вырастут. Потому что в России импортеры и так платят НДС. Просто системе СПОТ они будут это делать заранее, то есть по предоплате. Вот и все. Других дополнительных налогов не вводят. Наши как поставляли товар, так и продолжат это делать. Единственное, поставщик должен получить QR-код от российского партнера, иначе его груз на границе не пропустят», — говорит Урмат Такиров, глава центра «Кыргыз экспорт» при Минэкономики Кыргызстана.

Однако на практике новая система означает дополнительные процедуры. Каждая поставка будет зависеть от действий российского импортера — оформил ли он документы, внес ли платеж, получил ли QR-код.

Для экспортеров эти дополнительные шаги могут стать фактором риска. Особенно для малого и швейного сектора, где оборотные средства ограничены, а поставки часто идут в сжатые сроки.

Экономист Кайрат Итибаев отмечает, что формально речь идет о налоговом администрировании, но фактически система может стать барьером.

«Это можно квалифицировать как нетарифные барьеры, я опять же говорю, это нужно исковое заявление оформлять и нужно доказывать в судебной инстанции интеграционного союза, что это неверно. Сможете ли вы это доказать или нет? Потому что ответчик может сказать: «Слушайте, ну это мое право, я фискализацию делаю, цифровизацию делаю, это мое право, вы что тут имеете против?»», — комментирует Кайрат Итибаев, независимый экономист из Бишкека.

Напрашивается главный вопрос: не нарушает ли СПОТ базовый принцип ЕАЭС — свободное перемещение товаров без барьеров. С одной стороны, любой член союза у себя в стране может менять фискальные правила, но в данном случае это так или иначе коснется других участников объединения. Ведь для поставщиков это новые требования и сроки, и возможно, финансовая нагрузка. К примеру, если фуры с товарами уже стоят на границе, а партнер из России до сих пор не выслал QR-код, расходы судя по всему будет нести поставщик.